Рома Лигоца: страдание связывает нас

  • 21-04-2019
  • 0 комментариев
Я был один с травмой, сражался с ней, и, наконец, мне пришлось вернуться к ней. И она, в комнате, где я писала, была каждый день, - говорит рома Лигоца, художник, писатель и художник по костюмам еврейского происхождения. Ее бестселлер «Девушка в красном пальто» только что возобновлена. В интервью с Онетом автор объясняет, кому она направляет свои книги, так как для маленькой девочки сегодня выглядит опытная женщина, а также почему она никогда не слышала от своих родителей простого «Я тебя люблю».

Она родилась в Кракове еврейской семье. Она пережила часть войны в местном гетто, но ей удалось убежать - она ​​и ее мать спрятались в русской семье. Мой отец был в концентрационном лагере в Плашове. Они купили имя Лигок, прежде чем убежать из гетто.

Был также Леопольд Пфефферберг в краковском гетто, который после войны эмигрировал в Соединенные Штаты. По пути он познакомился с австралийским журналистом Томасом Кенелли, который рассказал историю своей жизни. Его воспоминания включают картина ликвидации гетто, а в ней маленькая девочка в красном пальто. Он работает. Скрывает. Внезапно он где-то исчезает.

Кенели включил эту историю в книгу «Список Шиндлера», на основе которой Стивен Спилберг снял свой знаменитый фильм. Позднее его увидели Рома Лигоца. В маленькой девочке она увидела себя. Ее воспоминания, написанные в «Девушка в красном пальто», стали бестселлером. Книга переведена на двадцать два языка, включая китайский и турецкий.

Мы встречаемся в штаб-квартире литературного издательства в Кракове. Еще до разговора мы получаем копию книги «Девушка в красном пальто».

Рома Лигоча: Впервые я вижу эту книгу в новом издании. Очень красиво. Мы должны пить «за здоровье». Для вечной молодости. Доминик Джедлински, Шимон Пьегза: Кому адресованы ваши книги? Я пишу человеку, который что-то пережил. Который в этом болит. Часто в начале встреч, я говорю, даже детям: «Не позволяйте нам казаться нам, что между нами есть пропасть, что я испытал что-то ужасное, а вы этого не сделали». Каждый несет багаж опыта, хотя это необязательно должна быть война.

И я имею в виду этот общий опыт во всем: от рецепта отвара до травмы Холокоста. Мы разделяем чувственный опыт мира, мы также страдаем. Вот что я делаю. Поэтому я пишу конкретному читателю, страдая, чувствуя и в то же время чувственную, любящую жизнь и наслаждаясь даже пустяками этой жизни.

Писал ли «Девушка в красном пальто» самый эмоциональный опыт в вашей жизни? Впервые ей пришлось вернуться к моей травме, которую я запер в себе на протяжении многих лет. Это погружение в нашу собственную боль и страдания было действительно уникальным опытом. Я работаю над тем, чтобы забыть всю свою жизнь.

В отличие от сегодняшних жертв изнасилования или войны, которые быстро получают психологическую помощь, я не помогал никому и другим жертвам Холокоста. Всю свою жизнь я должен был исцелить себя. И нам было необходимо вести себя нормально. Сегодня почти каждый второй человек страдает от посттравматического стрессового расстройства. Я провел шесть лет с гестапо, поэтому у меня могла быть такая команда, но тогда такой идеи не было, поэтому вам пришлось «собраться вместе».

Я был один с травмой, я сражался с ней, и, наконец, мне пришлось вернуться к ней. И она была в комнате, где я писала каждый день. Я боялся ночи. Мой сын, которому я позвонил, продолжал повторять: «Вы должны выжить, вы должны быть сильными, это, безусловно, закончится в один прекрасный день». Это продолжалось несколько жестоких месяцев.

Книга начинается с описания одной из французских гостиниц. Маленькая девочка сидит возле вашего стола с маленькой девочкой, которая, похоже, не интересуется мороженым. «Жизнь этой маленькой девочки бежит перед моими глазами, как цветной фильм, это могла быть моя жизнь, но я был обманут судьбой». 

0 комментариев

Добавить комментарий